Почему передачу Малахова в поддержку сестёр Хачатурян на канале Россия1 заменили на другую?

0
1997
  Вместо неё в телеэфире вышел сюжет о брошенных детях. Тема тоже актуальная, важная и нужная, но не настолько спорная и болезненная для нашего общества. Поводом для отмены показа послужили, со слов правозащитницы Дарьи Серенко, публикации показаний младшей сестры Марии в СМИ, на что не имелось разрешения. Столичная мэрия отказалась разрешить и митинг в центре города в защиту девушек. Мероприятие перенесли на 12 июля в Люблино, что на Юго-Востоке Москвы.
27 июля 2018 года Крестина, Ангелина и Мария Хачатурян убили отца, Михаила Хачатуряна, в результате конфликта, которому предшествовало многолетнее жестокое обращение с его стороны. По словам девушек, у них не было другого выхода, так как отец держал их дома взаперти, не позволяя контактировать с внешним миром. Такими методами он пытался оградить их от соблазнов и привить нравственные устои. Учитывая то, что его мать фактически содержала нелегальный бордель, а сам он был связан с криминальными структурами, выглядит такой стиль воспитания детей странно. Есть информация, что он был очень набожен и планировал уехать с дочерями в Иерусалим. С их матерью, Аурелией Дундук, Михаил Хачатурян расстался, и общение с нею девочкам тоже было запрещено.
  Дело сестёр Хачатурян рассматривается в суде уже не первый раз, главным образом потому, что их показания значительно менялись раз от раза. Имея приблизительное представление о самообороне и её смягчающих обстоятельствах, девушки сначала заявляли, что поводом к убийству послужила прямая физическая агрессия со стороны отца и многолетнее сексуальное насилие. Поводом для рокового скандала послужил перевод денег на карту Крестины от её знакомого. В тот вечер чаша терпения переполнилась, и тогда Крестина и Ангелина взяли в руки перцовый баллончик, нож и молоток. Смертельный удар ножом в сердце мужчине нанесла средняя дочь, Ангелина. Мария непосредственно в убийстве не участвовала, но, тем не менее, и она является соучастницей.Девушку признали невменяемой, и её дело будет рассматриваться отдельно. Сестры благодаря широкому общественному резонансу были выпущены из СИЗО и находятся под наблюдением. Живут они раздельно, общаться между собой им запрещено.
  Дела о семейном насилии в нашем обществе крайне редко становятся публичными. Жертвы предпочитают терпеть и молчать, а чаще всего даже не понимают, что с ними творят, если это происходит с раннего детства. Традиционная же мораль подразумевает, что ребёнок – это ещё не человек, а полуфабрикат человека под опекой взрослых, и любые действия родителей в его адрес оправданны.
Для осуждения преступника необходимы свидетельские показания, но где их взять, если насилие совершается за закрытой дверью, а в данном случае эпизоды имеют значительный срок давности? Правоохранительные органы не всегда могут собрать улики против извращенца, ибо те умеют прятать концы в воду. И для психолога непростая задача отличить жуткую правду от фантазий ребёнка, который где-то что-то подслушал, подсмотрел и решил сыграть взрослую жертву, или от преувеличений подростка, обусловленных переходным возрастом и желанием самостоятельности.
Если жертва женского пола, что чаще всего и бывает – при вынесении дела на публичное обсуждение общество раскалывается на два лагеря. Одни считают, что кто-то «имеет право», и это должны отстоять, а кто-то, как и сто, двести, тысячу лет назад, «должен» и кругом виноват, потому что так, дескать, праотцами завещано. Другие пытаются донести мысль, что человека делает человеком разум, самоконтроль и моральная составляющая, и если некто унижает чужое достоинство, то в цивилизованном обществе ему не место, что бы там ни завещали праотцы. Поэтому вынести объективный и справедливый приговор становится задачей повышенной сложности.
Но даже если насилие над молодыми девчонками со стороны отца заключалось не в сексуальных домогательствах и унижении, а в жёстком контроле и запретах, если сёстры просто хотели жить своей жизнью, совершать свои собственные ошибки, а не сидеть под стеклянным колпаком отживших устоев, насаждаемых отцом, и однажды жажда свободы и самостоятельности вынудила их пойти на крайние меры – есть ли для них смягчающие обстоятельства? И кто знает, как сложились бы их судьбы и отношения в семье, если бы Михаил Хачатурян вёл себя с дочерями не как тюремный надзиратель, а как любящий отец? Суд не всегда принимает во внимание психологические аспекты преступления, но в случае с сёстрами Хачатурян это значительный компонент. Суду придётся скрупулёзно разобраться во всех обстоятельствах самого кровавого и резонансного дела 2018 года. Если вина девушек будет доказана, они проведут в тюрьме от 5 до 20 лет каждая.
Автор: Виктория Карпова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
Пожалуйста, введите ваше имя здесь